Верхний пост.

Этот журнал – о том, как по заказному уголовному делу мне пришлось 2 года провести в следственном изоляторе (СИЗО), затем полгода под домашним арестом, затем более 3-х лет шел суд, который закончился ОПРАВДАТЕЛЬНЫМ приговором. 

В журнале я подробно, как очевидец, расскажу про жизнь в СИЗО, про быт, про общение с сокамерниками и администрацией, про адвокатов и еще про другие неочевидные вещи.

Тем людям, которые понимают, что их жизнь складывается так, что они могут невольно оказаться на моем месте, эта информация будет полезной, так как поможет морально подготовиться, не наделать ошибок и облегчит, насколько это возможно, жизнь в условиях заключения.

Также эта информация будет полезной для родственников арестованных и поможет им сохранить необходимое спокойствие.

При этом я всегда считал и считаю, что законы нарушать никому нельзя. 

За решетку попадать не нужно, ничего хорошего в этом нет. 

Все совпадения имен, фамилий, стран, мест, времени, событий – случайны.

Так как я получил большой практический опыт защиты в суде, а, к сожалению, по моему личному мнению 98 % адвокатов только берут деньги и помогают получить срок, то я могу оказать помощь (юридическую консультацию) и подсказать:

- как выстроить правильную защиту на предварительном следствии и в суде, а в ряде случаев еще и задолго до возбуждения уголовного дела;

- про уловки недобросовестных следователей;

- как вас могут обмануть и обманывают недобросовестные адвокаты;

- где недобросовестные адвокаты хитрят и не договаривают;

- как недобросовестные адвокаты могут вымогать деньги и подыгрывать стороне обвинения.

В свое время я сам, никогда не имея никакого опыта уголовного преследования, совершил массу типичных ошибок "новичка". 

Поэтому теперь, опираясь на свой опыт, я могу помочь этих ошибок избежать.

Для того, чтобы связаться со мной, пришлите мне на электронную почту

kt818a@yandex.ru

короткое письмо с описанием своей ситуации и укажите, как с вами связаться (WhatsApp, Viber, Telegram и т.д.).

Размер и порядок оплаты моих услуг в каждом случае оговаривается индивидуально. При этом оплата производится только за конкретные действия и результаты.

Всегда буду рад помочь.

Весь список материалов блога:

С чего все началось.

Арест.

Арест. Продолжение.

Арест. Продолжение. ИВС.

ИВС. Камера. Первые впечатления.

ИВС. Туалет. Первые впечатления.

ИВС. Ген Геныч.

ИВС. Распорядок дня.

ИВС. Распорядок дня. Завтрак.

ИВС. Распорядок дня. Обед.

ИВС. Распорядок дня. Ужин.

ИВС. Поездка в суд.

Суд. Конвойное помещение.

Суд. Конвойное помещение. Калёный.

Суд. Собственно сам суд.

Суд. Продолжение.

По дороге в СИЗО.

СИЗО. Первые впечатления.

СИЗО. Приемка и карантин.

СИЗО. Карантин. Продолжение.

СИЗО. Карантин. Ночь.

СИЗО. Карантин. Еда.

СИЗО. Карантин. Первый полный день.

СИЗО. Карантин. Продолжение.

СИЗО. Карантин. Санек и конь.

Письмо из Прокуратуры.

Недобросовестные адвокаты. Часть 1.

СИЗО. Карантин. Последний день.

СИЗО. 121 камера. Первые впечатления.

СИЗО. 121 камера. Ночь.

СИЗО. 121 камера. Ночь. Продолжение.

СИЗО. 121 камера. Илюха.

СИЗО. Прогулка и ПФРСИ.

СИЗО. Баня.

СИЗО. Лирическое отступление.

СИЗО. 121 камера. Леха в истерике.

СИЗО. 121 камера. Леха в истерике 2.

СИЗО. 121 камера. Леха в истерике 3.

Недобросовестные следователи. Часть 1.

СИЗО. Леха в истерике. Заключение.

СИЗО. 121 камера. Удобства.

СИЗО. 121 камера. Уборка, часть 2.

Недобросовестные адвокаты. Часть 2.

СИЗО. 121 камера. Старый знакомый.

СИЗО. 121 камера. Климат-контроль.

Истории успехов. Часть 1.

Кейс № 1. Защита при ДТП.

СИЗО. Заточка.

СИЗО. 121-ая камера. Уже обрили.

СИЗО. 121-ая камера. Первый шмон.

Защита Ефремова. Разбор кейса № 1. Начало.

Защита Ефремова. Разбор кейса № 1. Продолжение.

Защита Ефремова. Моя версия и победитель кейса.

СИЗО. 121-ая камера. Телевизор.

СИЗО. 121-ая камера. Выбор.

СИЗО. Воронок.

СИЗО. Воронок. Продолжение.

СИЗО. Воронок. ГАЗ.

СИЗО. Воронок. Камаз.

ИВС. Очные ставки. Начало.

ИВС. Очные ставки. Продолжение.

СИЗО. Выборы.

ИВС. Очные ставки. Окончание.

СИЗО. Окна.

СИЗО. Недобросовестные следователи. Часть 2.

СИЗО. 121-ая камера. Леха и Руслан.

СИЗО. 121-ая камера. Руслан.

СИЗО. 214-ая камера. Костян.

Итак, я остановился на том, что через неделю моей жизни в 214-ой камере дверь открылась и завели еще одного, девятого арестанта, при том, что в хате было восемь спальных мест.

Молодой, 18 лет, зовут Костян. Сирота, воспитывался в приемной семье. Жил в деревне. Как я понял, его взяли в семью для того, чтобы получать от государства положенные на это доплаты. А так-то воспитанием Костяна никто не занимался.

Не удивительно, что Костян с 14 лет начал крепко выпивать. Об учебе, конечно, никто не думал. Поэтому в развитии Костян так и застрял на уровне 12 – 13 лет, что сразу было видно и в речи, и в мышлении.

В итоге Костян в своей деревне украл мотоцикл. В деревне! Где все про всех знают! Украл! Мотоцикл!

Сразу вспоминаются приключения Александра Родионовича Бородача на ТНТ.

У Костяна на голове чуть повыше лба была странная лысина, на которую сокамерники сразу обратили внимание.

Костян пояснил:

— Это у меня нервное, вредная привычка, я за волосы себя дергаю.

Арестанты напряглись – как это? его волосы будут теперь здесь везде? так прикажете понимать?

Коллективный разум сразу отреагировал:

— Ты давай срочно бросай эту привычку, а то мы тебе…

Что "мы тебе" сказано не было, но было понятно, что вести с Костяном долгие дипломатические переговоры никто не будет.

На Костяне сразу была поставлена негласная метка "слабак" – раз не мог справиться со своей привычкой.

Коллективный разум также принял решение определить пока временно Костяна на полу в углу возле батареи:

Collapse )

СИЗО. 214-ая камера. Армен.

Итак, я остановился на том, что последними, возле стены, стояли нары Армена.

Армену было около пятидесяти, и он был, как вы уже догадались, армянином.

Невысокий, худощавый, с лысиной.

Точно его статью не помню, или он кому-то взятку предлагал (но не дал), или он обещал закрыть чье-то дело – что-то такое, не слишком тяжелое, на пятерочку…

Даже у меня ст. 159 часть 4 предполагала наказание до десяти лет, что уж говорить о других обитателях 214-ой камеры…

У Армена было две особенности, которые несколько осложняли его тюремную жизнь.

Первая связана с телевизором. До недавнего времени в 214-ой камере был телевизор, что было серьезным преимуществом и очень неплохо скрашивало арестантский быт.

Но вот телевизор стал показывать с помехами, и Армен тут же вызвался его наладить. Снял заднюю крышку, полез дальше… Через пару минут телевизионные внутренности издали хлопок и оранжевую вспышку, после чего телевизор навсегда умер…  

Армен что-то пробовал объяснять, но его объяснения были уже никому не нужны. Для всех обитателей 214-ой камеры Армен навсегда стал человеком, из-за которого камера лишилась телевизора.

Вторая особенность проявлялась в том, что Армен везде и всем рассказывал, что у него везде знакомые, в судах, у ментов, в прокуратуре, все схвачено, он всех знает, его все знают, и с президентом Армении он в друзьях, и всем может помочь, всех выручить и т.д.

Ну, естественно, сразу возникал вопрос – если это правда, то почему ты сам себе помочь не можешь?

Collapse )

СИЗО. 214-ая камера. Тимур, Кирилл, Серега, Рома.

Койки в 214-ой камере были не совсем койками, потому что были сварены из прямоугольного профиля и металлических полос, и, самое главное и неудобное – без спинок, на которые можно было бы положить подушку. Более подходящее слово – нары.

Сварены они были блоками на 2, 3 и 1 спальное место.

Рядом с двухярусным блоком Арсена и Дениса располагался одноярусный блок, на котором спали Тимур и Кирилл, которых я про себя называл "волчатами".

Тимуру и Кириллу было лет по 19 – 20, причем проходили они по одному делу. Почему при этом сидели в одной хате – я так и не разобрался. Но на суды они ездили вместе. Был у них букет статей – и причинение телесных повреждений, и 228, и еще что-то, уже не помню. И срок им светил – мама не горюй, та же десяточка, а может быть и больше.

Почему "волчата"? Агрессивные, дети улицы, типичные в прошлом трудные подростки, из неполных и неблагополучных семей. Заводить семью, получать образование, делать карьеру – об этом они никогда не задумывались, поэтому к своим 19 – 20 годам оказались в СИЗО, причем надолго, без перспектив.

Дениса они регулярно задирали, была попытка зацепить и меня. В первый вечер в 214-ой хате я лежал на своей шконке, положив руки под голову, и размышлял о будущей защите. Тимуру, видимо, показалось, что "фрайера тоска одолела" и он закинул пробный шар:

— Ну, Михалыч, как тебе в тюрьме?

Collapse )

СИЗО. 214-ая камера. Арсен и Денис.

С чеченцем Арсеном мы даже подружились. Был он спокойный, неконфликтный, беспроблемный.

Примерно через неделю Арсен мне сказал:

— Михалыч, у меня знакомых чеченцев на централе много, ты, если что – обращайся, помогу.

Над Арсеном, на втором ярусе, на пальме, было место Дениса.

Денису было около 30-ти лет, внешне – самый обыкновенный, тоже спокойный, без агрессии. Денис работал таксистом и загремел в СИЗО по той же причине, что и Арсен.

При всем при этом Денис в СИЗО нажил себе огромную проблему.

Как я понял из обрывков разговоров в хате, у Дениса в недавнем прошлом были косяки. Причем косяки практически на ровном месте. Например, вышел из туалета и не вымыл руки. Обычный человек что сделает в таком случае? Скажет что-то типа:

— Извините, пацаны, о матери задумался, болеет она у меня…

Мать для арестантов – это святое, поэтому пацаны поворчат для порядка:

— Ну, ты больше так не делай, будь внимательней…

И все, можно сказать, что конфликт исчерпан.

Денис же спорил, стоял на своем – "нет, я вымыл", хотя посмотреть друг за другом в камере и уличить во вранье – плевое дело.

Врать своим – это уже серьезный косяк. Вот Денис таких косяков и наделал.

В итоге все это вылилось в презрительно-издевательское отношение сокамерников к Денису.

В основном было тихо, но время от времени прорывалось.

Кто-то из более несдержанных вдруг мог сказать Денису:

— Что? Что ты сказал? Ты кто вообще? Да ты Люся! Люся ты!! Ты понял? Нет? 

Collapse )

СИЗО. Новая камера.

Итак, с вещами и матрасом под мышкой я вышел на продол.

Дошли до каптерки, где я сдал матрас с подушкой каптеру – зэку в черной робе из хозбанды.

Каптер начал задавать дурацкие вопросы:

— А где наволочка, простыни?

Пришлось напомнить:

— Так ты же сам и не выдал…

Каптер включил удивление:

— Как же ты спал целый месяц?

Я к тому времени (почти месяц сижу!) уже освоился, несколько оборзел и поэтому начал огрызаться:

— Вот так и спал по твоей милости… Мучался… Чтоб ты также спал на воле до самой смерти!

Ладно, пошли дальше по коридорам, спустились в темный сырой подвал.

"Ага, — думаю, — в другой корпус повели…".

Поднялись, зашли снова в каптерку, но уже другую, снова выдали матрас, но уже с постельными принадлежностями.

Еще немного по продолу и вот остановились у серой двери с цифрами 214.

Продольный позвенел ключами, открыл дверь, и я с матрасом протиснулся в камеру.

Камера узкая в глубину и широкая в обе стороны, явным прямоугольником, решетка одна, довольно тепло, накурено, прямо передо мной стол, за ним сидели человека три, остальные – на шконках.

— Здорово, — говорю, — куда матрас можно кинуть? (он у меня уже начал из-под руки выскальзывать)

— Здорово, — кто-то ответил и показал направо, на предпоследнее свободное место, — кидай туда, у нас Костяна только что забрали.

Я положил матрас, вещи, взял пакет с едой и сигаретами:

— Вот, это на всех…

Народ оживился:

— Проходи, присаживайся, как зовут, кто, что, откуда?

Collapse )

СИЗО. Лыжи, продолжение.

Тема "лыж" в СИЗО неисчерпаема. 

Как-то в привратке познакомился с Толяном Бородой.

Толяну было около 50-ти. 

За свою жизнь он успел создать достаточно успешный, по региональным меркам, телекоммуникационный бизнес.

Но какие-то лихие люди решили этот бизнес у Толяна отжать.

Конечно же, через возбуждение уголовного дела. А так как Борода упирался, то следователь в СИЗО поставил Толяна на "лыжи", чтобы тот был сговорчивее.

Еще по централу ходили невнятные слухи, что к истории с отжатием бизнеса как-то причастен "апельсин".

Если это правда, то связка "следователь-апельсин" – это вообще что-то за гранью.

Короче, Толян уперся, следователь тоже уперся: на "лыжи" навсегда!!

Выглядело это так: Борода заезжал в камеру, жил в ней неделю, максимум две, затем его переводили в другую камеру. После чего история повторялась.

Они сошлись. Волна и камень,

Стихи и проза, лед и пламень.

Но жизнь, как обычно, внесла свои коррективы в непримиримое противостояние двух стихий.

Следователь не учел простого и очевидного обстоятельства: СИЗО не резиновый. Проще говоря, камер – ограниченное количество.

Толян, перемещаясь из камеры в камеру, через некоторое время достиг состояния просветления – камеры закончились (вот неожиданность-то!). Борода побывал во всех камерах централа (кроме бээсных и петушатника).

Но приказ есть приказ – лыжи никто не отменял.

Поэтому Толян пошел на второй круг: он начал заезжать в те камеры, где он уже побывал.

Collapse )

СИЗО. 121-ая камера. Лыжи.

Итак, я остановился на том, что продольный через дверь назвал мою фамилию и добавил:

— С вещами…

Генка, который был ближе всего к двери, тут же сориентировался:

Старший, куда его?

С той стороны послышалось:

— В другую камеру…

Генка повернулся и посмотрел на меня:

— Ну, Михалыч, я тебя поздравляю…

— С чем?

— Тебя, кажется, на лыжи поставили.

Я перестал собирать вещи и вопросительно взглянул на Генку:

— На какие такие лыжи?

Генка присел рядом на шконку:

— Да ты собирайся, скоро ведь придут за тобой… Это так говорят, когда следователь хочет оказать на тебя дополнительное давление и начинает мотать тебя по камерам. Еще говорят "на велосипед посадить".

Генка продолжал:

— Вот смотри, ты уже у нас прижился, к нам привык, мы к тебе привыкли, так?

Он говорил очевидные вещи, поэтому я ответил утвердительно:

— Ну да…

— И вот в момент, когда ты уже привык, успокоился, расслабился, стал своим – тебя раз! и в другую хату. А там новые люди, новый коллектив, новые порядки, снова нужно устанавливать отношения. Кроме того, на тебя поначалу будут смотреть с недоверием – кто ты? что ты? может ты стукачок какой засланный? В общем, снова стресс…

Потом, через 2-3 недели снова перевод. Чистая психология. Выбирается момент, когда ты расслабляешься и начинаешь ощущать себя более-менее комфортно, то есть, когда ты особенно уязвим.

И вот так постоянно. Ты – на лыжах. Ну, или на велосипеде, это уж как тебе нравится…

Collapse )

СИЗО. 121-ая камера. Руслан. Развязка.

— Да что с ним базар разводить! — крикнул Генка и молниеносным движением, схватив лежащую на столе заточку, полоснул Руслану по горлу.

Руслан, захрипев, схватился ладонями за шею и начал валиться назад на пол. Его тело сложилось, как тяжелый мешок, голова глухо стукнула о доски пола… Из под Руслана начала растекаться темно-красная лужа, он пару раз дернулся и затих.

Наглушняк ты его сделал, — с удовлетворением отметил Андрюха, после чего подошел к двери и начал стучать кулаком в кормушку.

— Чего хотели? — с той стороны в глазок посмотрел продольный.

— Чего хотели? Врача вызывай! Жмур тут у нас…

------------

Дорогие читатели, вы видимо ожидали, что события в 121-ой камере будут развиваться примерно так?

Нет, на самом деле все было намного спокойнее.

Руслан, взглянув на пацанов (некоторым пацанам было уже за сорок), сказал:

Братва, извините, чё-то правда я за собой контроль потерял, больше такого не повторится… Да и передача тут на днях должна мне зайти, всё в общий котел внесу…

Генка, помолчав, подвел итог:

— Ладно, поверим…

К чести Руслана, надо сказать, что он старался, больше такого за ним не наблюдалось, хотя и было видно, что ему это дается непросто. Но пацан сказал – пацан сделал. 

В целом, психологический климат в 121-ой хате был очень даже неплохим. Впоследствии мне пришлось побывать во многих камерах, поэтому сравнить есть с чем. Далеко не везде было так комфортно, как в 121-ой. Но это темы будущих постов.

Collapse )